Если мошенники из Нас Брокер и Вас тоже кинули, то сообщите об этом нам

Чемпион трейдинга делится своими секретами.

Джордж Энджелл делает акцент на волатильности и ликвидности.

Цена поднялась до 850 долларов за унцию, но волатильность пропала, а затем пропала и ликвидность.

Энджелл впервые заинтересовался товарными рынками
Энджелл впервые заинтересовался товарными рынками

    Волатильность и ликвидность – два момента, на которые обращает внимание независимый трейдер Джордж Энджелл (George Angell) при трейдинге. В настоящее время Энджелл ведет трейдинг исключительно фьючерсами S&P 500, заключая только внутридневные сделки и никогда не удерживая позиции на ночь. «Ликвидность и волатильность – это две вещи, без которых не обойтись. Торговать чем-то вроде овса в пределах одного дня не получится», — говорит он.

В начале 70-х годов Энджелл впервые заинтересовался товарными рынками. «Я купил сахар, и он взлетел в цене… потом я купил медь, и она взлетела в цене, потом я купил еще немного меди. Потом цены упали. Я позвонил своему брокеру и велел ему продавать, а он спрашивает – кому? — вспоминает Энджелл. – Тогда-то я и понял, что мне нужно больше учиться». В начале 80-х Энджелл направился в чикагские биржевые залы. Он был местным трейдером для Среднеамериканской товарной биржи (MidAmerican Commodity Exchange), занимаясь в основном золотом. Хотя сейчас Энджелл ведет трейдинг для себя, не в зале, а с экрана монитора, он считает традиционные торги в зале «бесценным опытом».

«Люди в зале ориентированы на ближайшую перспективу, — говорит Энджелл. – Я научился вовремя войти, ухватить тренд, заработать деньги и уйти». Сейчас, однако, он предпочитает вести трейдинг вне биржи. «Я в комнате один занимаюсь трейдингом. Когда я вхожу в зал, там тысячи людей. Это светское событие. Люди хотят говорить о своих позициях, пить кофе. Из-за этого невозможно сосредоточиться… как говорится, из-за деревьев леса не видно». По его мнению, за последние десять лет технологический прогресс революционизировал возможности для трейдинга. «У всех игроков выровнялись шансы», — замечает Энджелл. По его словам, технология устранила те преимущества, которые, как считалось ранее, трейдер в зале имел по сравнению с внебиржевым. «От этого прежде всего выиграл массовый трейдер. Широкая публика не умеет спекулировать с небольшой прибылью», — объяснил он. Энджелл отвергает базовые знания, стопроцентно полагаясь на технику. Он разработал две собственные системы трейдинга: LSS и Spyglass, которые использует в своих повседневных операциях наряду с «осторожностью и личным опытом».

«Всем нужно какое-нибудь автоматическое подспорье. Оно позволяет браться за трудные сделки, за которые никто не стал бы браться с карандашом в руке», — заметил Энджелл и добавил: «Каждый день я иду на работу без всякого мнения, составленного заранее… рынок говорит мне сам, куда он стремится… мнения – это то, что вас подводит». Хотя «у многих людей не хватает дисциплины вести трейдинг без стопов», по словам Энджелла, он их не использует. «Проблема со стоповым трейдингом заключается в том, что вы выходите в самый худший момент из всех возможных. Вместо стопов я использую точки действия. Это означает, что когда рынок доходит до определенной точки, я выхожу, но я буду ждать скачка (если рынок опускается)», — объяснил Энджелл.

Энджелл занимался торгами и на рынке облигаций. В своей оценке рынков он опирается на два ключевых элемента: волатильность и ликвидность. «Иногда рынок для вас просто умирает. Например, в 1980 году существовал крупный рынок золота. Цена поднялась до 850 долларов за унцию, но волатильность пропала, а затем пропала и ликвидность. В этот момент я переключился на облигации», — говорит Энджелл. Когда на Чикагской торговой бирже был запущен контракт S&P 500, Энджелл начал работать на этом рынке. Впрочем, как он заметил, после краха фондового рынка в 1987 году, ликвидность S&P исчезла, и Энджелл вновь вернулся на некоторое время к облигациям. «Облигациями торгуют большие учреждения, и при каждой отметке (tick) можно покупать и продавать их тысячами. Никто не может играться с этим рынком. Никто не может им манипулировать. Вот почему апельсиновый сок все время доходит до верхних лимитов – потому что некому его продавать», — говорит он. Когда его спросили о торгах в системе GLOBEX, Энджелл сказал: «Я не обращаю на них никакого внимания, потому что там нет достаточной ликвидности. По евродолларам существует огромная ликвидность, но недостаточно волатильности, чтобы заработать деньги».

Словарное определение парадокса – это «явное противоречие»
Словарное определение парадокса – это «явное противоречие»

Относительно различий между рынками Энджелл заметил, что «все рынки имеют различные характеристики, и нужно хорошо знать свой рынок. Человек в зале, торгующий лесом, не будет вести трейдинг по S&P. И трейдеры ведут себя на разных рынках по-разному. Людей знают по тому, как они ведут трейдинг. Этот парень – мелкий спекулянт. Этот торгует отдаленными месяцами (back months – месяцы, наиболее удаленные от истечения срока фьючерса или опциона). Этот парень специализируется на спрэдах. Этот имеет однодневные позиции. Начинающему трейдеру нужно знать, что ему необходима специализация».

Когда ему задали вопрос, почему у многих трейдеров фьючерсами ничего не получается, Энджелл указал на три основных фактора: «Во-первых, недостаток дисциплины. Во-вторых, недостаток финансов. В-третьих, они вообще ничего не понимают. Они даже не представляют себе парадоксов». Словарное определение парадокса – это «явное противоречие», но это, как объясняет Энджелл, применимо к данной ситуации. К примеру, «на рынке вся игра ведется затем, чтобы обойти стопы. Каждый думает, что цена идет вверх, но не каждый заработает деньги».

Совет для начинающих трейдеров? «Располагайте достаточным финансированием. У вас должен быть рисковый капитал, который вы можете себе позволить потерять. Не думайте о деньгах, думайте о рынке, а деньги сами о себе позаботятся».